Оказывается, Квинн Фабре была неравнодушна к Рейчел еще в первом сезоне (и я не имею в виду ненависть). Только посмотрите, куда она уставилась на этой картинке
А Санатана, видимо, практиковалась в ритуалах вуду, или наоборот привораживала Рейчел
Мне жаль. что єтой парі не будет в сериале. Если уж не Паклберри, то хоть Эванберри порадовалась бы, тем более что у них был бы хороший потенциал. Смотрятся вместе отлично, думаю, и какая-то химия есть тоже. Все лучше, чем Финчел
Так уж случилось, что этот год начался у меня не очень. Так что я реила многое поменять. И в результате пошла в спортзал. Как оказалось, кто-то из менеджеров , видимо, поклонник Гли, потому что вот уже вторую неделю все мои тренировки проходят под саундтреки Гли 3-го сезона. И под любимую музыку тренировки идут на ура! Так что полная вдохновения, я взялась сильно работать над собой, в результате минус пару килограмм, минус пару сантиметров и плюс хорошее настроение! Так что Гли в буквальном смысле изменил мою жизнь. А еще пользуясь случаем и несмотря, что 8-е марта прошло, хочу поздравить всех девчонок замечательного фэндома Гли с прошедшим праздником! И хочется пожелать, чтобы каждый день для нас был полон весеннего радужного настроения и творческих идей, которые мы обязательно талантливо воплотим в жизнь! А не менее прекрасному мужскому полу - быть нашей опорой и не отставать от нас!!!!!!!!!
ТОлько вот недавно узнала, что Хизер Моррис (Бриттани) шипперит Паклберри! Хизер, всегда любила тебя, а теперь еще больше
И Марк тоже
Ну почему-, почему нельзя дать Финчелу отдохнуть и нам, зрителям тоже! Я лучше посмотрю очередную клише историю прохорошую девочку и плохого мальчика. Все будет интереснее, чем шоу Финчела
My broken road leads to you (Фаберри, агнст/романс), глава 3
Глава 3 Как можно любить и в то же время ненавидеть одного и того же человека? Сложно объяснить, но этого Квинн хлебнула сполна. От этого иногда хотелось лезть на стены и выть раненым зверем, понимая, что ничего изменить нельзя. Может быть, это и была ее расплата за все прегрешения - быть беременной в 16 лет? Если бы она хоть была без ума от Пака, может быть, это было бы легче пережить. Но нет же, ей нужно было умудриться вляпаться в это дерьмо по самые уши. Переспать с Паком, врать каждый день Финну и, стиснув зубы, молча смотреть, как Рейчел поедает глазами бойфренда Квинн - в этом аду она жила каждый день. А больше всего блондинку бесило то, что Рейчел даже не замечала того. что все, что случилось с Квинн - было ее виной. Ведь если біы она не заигрывала с Финном, Квинн никогда бы не напилась и не переспала бы с Паком. А вдобавок ко всему, из-за одной ошибки и доверчивости, Квинн теперь должна была стать мамой. Сделать аборт она не смогла бы. Не посмела бы. Убить зарождающуюся в ней жизнь, даже если так будет проще, она не может. Даже если это будет значит, что до конца жизни в Лиме на нее будут показывать пальцем и кричать вслед "малолетняя шлюха", Поэтому Квинн решила, что роль счастливого отца семейства отойдет к Финну. Несмотря на заигрывания с Рейчел, он, видимо, любил Квинн, а это уже было хоть что-то. По крайней мере, его излишняя доверчивость, иногда даже граничащая с глупостью, делали его иногда даже милым, и с этим Квинн вполне могла смириться. Ну не на Пака же ей рассчитывать? Тем более , что Квинн его тоже теперь ненавидела. Ненавидела за то, что по его милости ее теперь тошнит каждое утро, а потом она сходит с ума от сумасшедшего голода. Ненавидела за то. что теперь она не могла смотреть в глаза Финну без чувства вины. И, самое главное, она ненавидела Пака за то, что он ее не остановил... Не увидел, не узнал и не понял, что он был лишь заменой для той, которая ходит с ангельским видом и даже не подозревает, что она - главная причина того, что жизнь Квинн Фабре превратилась в дешевую мелодраму.И все равно, даже тогда, она не в состоянии была забыть о ней. Да, Квинн ненавидела и одновременно любила Рейчел. Эта взрывная смесь эмоций выводила ее из себя, и иногда девушка даже приветствовала это безумие. Может быть, еще пару шагов в сторону этой заманчивой бездны - и она потеряет рассудок, а значит, больше не будет изматывающих бессоницей и сладострастными фантазиями ночей, медленно сводящих ее с ума? Ведь тогда она не будет чувствовать острых уколов боли в сердце каждый раз, натыкаясь на полный обожания взгляд Рейчел, устремленный на Финна. И только когда она впервые почувствовала, как внутри нее шевелится ее ребенок, ее плоть и кровь, Квинн очнулась от дурмана. У нее будет дочь, и она уже любила ее каждой клеточкой своего тела. Она обязана дать своей девочке самое лучшее - семью, дом и покой. А значит, сходящая с ума по знойной брюнетке Квинн Фабре должна перестать существовать. Не будет больше влюбленной дурочки, не знающей, как проявить свои чувства и наивно верящей в хэппи-энды. Будет лишь безжалостная сучка, капитан команды чирлидеров Квинн Люси Фабре, которая выйдет замуж и проживет долгую, но счастливую (а правда ли счастливую?!) жизнь рядом с Финном Хадсоном! Она вычеркнет, удалит из свой жизни, из своего сердца эту занозу, которая не дает ей спокойно жить. Но если бы она могла это сделать!
- Что с тобой происходит? - спрашивал Финн, наталкиваясь на ледяное выражение зеленых глаз блондинки, провожающей недобрым взглядом новоиспеченную парочку Пака и Рейчел.
Что она могла ему ответить? Что не знает, как ей смириться с тем, что пока она играет в счастливую парочку с Финном, это Пак запускает руку в каштановые локоны Рейчел и целует ее пухлые губы, проводя рукой по смуглой и такой гладкой коже? Что она отчаянно хотела бы оказаться на его месте хоть на минуту, чтобы почувствовать такой манящий запах духов Рейчел, чтобы иметь возможность хоть на мгновение приникнуть к ее губам, чтобы попробовать ее на вкус, раствориться и навечно потеряться в ней без остатка? Ей хотелось бы выцеловывать каждый миллиметр тела Рейчел до тех пор, пока она не забудет всех этих мальчишек и не поймет, что ей нужна только Квинн.
И именно теперь Берри захотелось поиграть в благородство и быть такой ласковой с ней! Как ей смириться с тем, что эта маленькая брюнетка уже давно стала неотъемлемой частью Квинн? Слава Богу, что Паклберри протянуло лишь неделю, и теперь Рейчел, как и прежде, бросала влюбленные взгляды на Финна и старалась быть рядом с квотербеком, а значит и с ней, все свое время. "Хоть что-то в этом было хорошее!" - думала измотанная ревностью блондинка. Даже то, что ее родители отвернулись от нее и выгнали из дома, не так сильно пугало Квинн, как то, что она все равно не могла перестать думать, мечтать, грезить наяву о Рейчел и каждую минуту терзаться от ревности. Снова и снова все повторялось по кругу каждый день, заставляя все больше девушку запутываться в паутине лжи самой себе о своих чувствах к неуемной диве. Она была даже благодарна Рейчел за то, что у нее хватило духу рассказать правду Финну.Разорвать эту бесконечную цепочку вранья и недоверия, разочарования и обиды, любви, ненависти и ревности Пусть так. Пусть все знают, какой дрянью оказалась Квинн. Пусть лучше она будет чувствовать вину и стыд при взгляде на Финна, вину перед Паком, за то, что его всегда будет недостаточно для нее и для ее дочери, чем чувствовать себя практически парализованной и эмоционально опустошенной при взгляде на Рейчел, в чьих глазах плескалась жалость к беременной блондинке. Ей не нужно сочувствие или дружеское участие, ей не нужна эта пародия на семью. Ей не нужна жалость Рейчел. Тех, кого жалеют - не любят. Именно так всегда думала Квинн. И все больше и больше озлоблялась на весь белый мир. Она надеялась, что со временем ей станет легче. Проще. Определенней. Она каждый день молилась Богу, чтобы тот дал ей терпения и выдержки перенести все это. А тот, как в насмешку, ткнул ей в лицо Джесси Сент-Джеймса, новую любовь Рейчел.
Ее тошнило от Сент-Берри, как их называли в клубе. Этого нельзя было списать на беременность.И хотя она знала, что Джесси никто из хора не любит, но от этого легче не становилось. Когда волна слухов о том, что Рейчел переспала с ним, докатилась от Квинн, она подумала, что вот и настал предел ее безумию. Разве может выдержать столько боли и разочарования, неразделенной любви и горечи одно сердце? Ведь должна же быть какая-то грань, перейдя за которую, можно перестать любить и ненавидеть, или вообще что-либо чувствовать!
Переселившись к Мерседес, Квинн начала хоть чуточку оживать. Молчаливая поддержка темнокожей девушки, которая, может быть, и не ведала всех страстей, которые бродили в душе Квинн, многое значила. Появление Шелби даже немного сблизило будущую маму и Рейчел. По крайней мере, теперь у блондинки было оправдание перед самой собой за то, как она стремилась все время проводить с Берри, несмотря на все обещания, данные самой себе в тишине спальни. Предательство Джесси ее не удивило. Ей было на это наплевать. Зато ее буквально корежило изнутри при воспоминании о Рейчел, в глазах которой блестели слезы. Ей хотелось бы иметь силы впиться железной хваткой в горло Джесси, чтобы выдавить из него судорожный вздох и переполненный паникой и виной взгляд, растереть, размазать его по грязному кафелю так, как будто его никогда не существовало. Как он посмел обидеть Рейчел? Забросать ее яйцами, унизив ее до такой степени, что та даже несколько дней не появлялась в школе?
Еще до начала Региональных, Квинн знала, что они проиграют. Не потому, что они были хуже "Вокального Адреналина", а потому, что несмотря на командный дух, каждый варился в своем собственном соку, переживая всевозможные драмыі подросткового периода. Рождение Бет стало той пощечиной, которая пробудила Квинн от ее навязчивой, сводящей с ума одержимости Рейчел, которая по-прежнему не замечала безответных чувств Квинн. Сейчас это крохотное создание, лежащее в ее руках, хоть на долю секунду любило ее так, как никто и никогда не любил Квинн Фабре. Она чувствовала это сердцем. Она знала это. И наверное, стоило прожить все эти месяцы в своем личном аду, сгорая заживо каждый день, подвергаться насмешкам со стороны тех, кто раньше даже боялся поднять на нее взгляд, лишь бы хоть на мгновение взглянуть в невинные голубые, но обещающие стать такими же зелеными, как и у ее матери, глазенки Бет. Она даже на каких-то пару минут любила Пака. Просто за то, что благодаря ему в ее жизни случилось такое чудо, как эта крохотная малышка, укутанная в розовое одеяльце. Ее безусловное счастье длилось пять минут, а потом бездна вечного ада снова разверзлась под ее ногами. Как, ну скажите ей, как она теперь сможет отдать свою девочку кому-то чужому? Как она сможет жить дальше, зная , что она никогда не будет петь колыбельные, получать от ее дочурки открытки на день Матери, делиться первыми секретами про мальчишек с Бэт? Да, она знала, что поступала правильно. Она каждую минуту уверяла себя саму, что так будет лучше для Бет. Другие, взрослые, ответственные люди смогут дать ее девочке уютный дом, обеспеченную жизнь ни в чем не нуждающегося ребенка. Ее маленькое солнышко сможет спасти от бездны отчаяния кого-то еще. Потому что Квинн знала, что несмотря на всю свою любовь к дочери, она не сможет стать для нее той матерью, которая ей была нужна. Потому что Квинн еще сама не знала, чего она хочет в своей жизни. Потому что все, что она знала - безответная любовь, отравленная ревностью и невозможностью быть рядом с любимым человеком.Разве этому она будет учить свою дочь? Нет, это было правильно - отдать свою малышку на удочерение. Так будет лучше для нее, и не важно, что при этом сердце Квинн разбилось на тысячи мелких осколков.
То, что Шелби удочерила Бет, только еще больше связало Квинн и Рейчел неразрывными узами. И может быть, может быть, именно тогда в сердце Квинн стала оживать надежда, что пусть не в качестве любимой, но хотя бы в качестве подруги, Рейчел сможет быть в ее жизни. Ей было достаточно даже этой малости, по крайней мере, на сейчас.
Веь фэндом переполнен слухами, что Кори и Лия встречаются. но с трудом верится. Один из журналов "Лайф и Стайл" типа официально подтвердил, что они парочка. Только вот одна фигня. Они ссылались на то, что 14 февраля эти двое были в Ванкувере. Тогда я честно не понимаю, как Лия одновременно могла сниматься 14 февралявесьма эмоциональную сцена (как она твитнула). Ей богу, я не поленилась туда полезть и почитать. А еще нашла твит чувака, которому приписывали то, что он ужинал с еной и видел Моншеле. так он от своих слов отказывается. И кому теперь верить? Да и с отелем непонятки. Если бы все было, фотки уже давно были бы в инете - на твиттере и т.д. Вспомнить хотя бы Робстен - они хоть и асы о встречанию тайком, и все же даже у них мало когда удавалось ускользнуть от бдительного ока фанатов - если не сразу во время отдыха вместе, так сразу после его окончания в сеть просачивались фотки, твитты и т.д. Если опираться только на слухи или вообще на фотки,то тогда получится, что извините все только и встречаются/спят друг с другом )особенно на съемочной площадке Гли) Обнимашки и и улыбки Лии и Марка, обнимашки Лии и Наи, Лии и Дианны, Дианны и Найи, Дианны и кевина, кори и Дианны, Корда и Лии, Корда и Марка, Корда и Дианны,. Эта фишка только Криса Колфера не коснулась. Хотя ему бы крейзи фенддом уже давно приписал и Даррена, и Макса (несмотря на то, что у них вроде есть или были девушки). Для себя я сделала давно важный вывод - не вникать в эту чепуху эмоционально, потому что это не имеет смысла. Пары сходятся и расходятся, и очень часто как раз из-за таких сплетен - только потому что кому-то показалось, что ты слишком игриво обнимался и держался за руку своего друга/подруги.
А вообще, если уж кому и верить, то лишь сайту www.gossipcop.com. Вон сколько я переводила для сумеречного сайта да и просто роясь в инете, в основном как раз статьи этого сайта заслуживают внимания. ПОтому как они действительно подтверждают правду или рассеивают ложные слухи. Так что любителям посплетничать - самое оно - заглянуть туда на огонек
Я наконец-то закончила перевод своей части книги Гли (приквела сериала). Совсем скоро он будет выложен в группе vk.com/glee_fanfiction. Пока переводила, ловила себя на мысли, что хотела бы увидеть фильм или сериал снятый по этой книге. Может быть, тогда бы мы не так относились к его героям. Или гораздо глубже понимали бы их. Но читая и переводя историю Пака и Квинн, Тины и Арти я ловила себя на мысли, что очень жалею о том, как мало им место уделяют в сериале. Они заслуживают большего. И то, что сделали с Квинн в з-м сезоне, и снова вернули Пака в раззряд беспечных бабников - меня убивает. Эх, если бы хоть часть сериала можно было бы переписать заново.
Нашла на англофэндоме два совершенно замечательных фика по пейрингу Рейчел/Себ. Вряд ли он будет пользоваться такой попульрностью как Себтана или Себблейн, но истории хорошо написаны и характеры героев действительно очень правдивы. Вот и думаю, запросить перевод или нет? А если начну переводить, будет ли это кто-нибудь кроме меня самой читать?
Часть 2 Рейчел Берри всегда была постоянной величиной в мире Квинн Фабре. У них не было вроде бы ничего общего, но она всегда была рядом. Еще со времен начальной школы. И уже тогда они ссорились постоянно из-за внимания мальчиков. И Квинн ревновала. Ревновала Рейчел к тем, кто пытался завоевать внимание маленькой брюнетки. Она и сама не могла понять, почему ее так раздражало, когда кто-то из мальчишек пытался заговорить с Рейчел или начинал с ней играть. Это безумно злило. Ей хотелось, чтобы Берри уделяла все свое внимание ей, чтобы она сидела за партой или делилась своими детскими секретами только с ней одной. Но это все равно, что желать, чтобы солнце никогда не заходило. И тогда же Квинн впервые начала насмехаться над Рейчел и придумывать обидные прозвища. Пусть это означало, что они больше не могут быть друзьями, но зато и всех остальных, а особенно мальчишек, это позволяло держать на безопасном расстоянии от Рейчел. Она старалась не замечать, как наполняються слезами шоколадные глаза ее бывшей подруги каждый раз, когда Квинн называла ее «мисс мужские ручки» или еще хуже. Так было проще. Не замечать, вычеркнуть, выбросить ее из своей жизни. Потому что если она будет с ней ласковой, Квинн боялась, что она будет не в состоянии сдержаться и вытворит какую-то глупость. И это было так неправильно – хотеть прижаться губами к нежной коже за ушком, запустить руку в блестящие локоны брюнетки. Ее родители говорили, что за такие вещи горят в аду, но иногда Квинн ловила себя на крамольной мысли, что она была бы не против этого так долго, как Рейчел будет с ней.
Когда началась высшая школа и они обе пошли в девятый класс, стало еще хуже. - Эй, а ты видел новенькую брюнеточку? Какие ножки, черт возьми! – услышав слова одного из футболистов, которые были старше их на год или два, Квинн расвирепела. И хотя девушек с темными волосами в школе было предостаточно, она просто нутром чуяла, что речь идет именно о Рейчел Берри. Было сложно не заметить плотоядных взглядов этих уродов, которые они бросали на аппетитную фигурку девушки. Пусть, пусть она снова будет той, что причинит ей боль, но «это для ее же блага!», - мысленно взмолилась Квинн, пытаясь уговорить Пака облить Рейчел фруктовым льдом в самый первый раз. И хотя она достаточно прозрачно намекала ему, что он об этом не пожалеет, парень все равно колебался. Квинн видела, что и он не остался равнодушным к красоте миниатюрной девушки, и ей было до слез обидно, что приходится это делать, но так было нужно. Для ее собственного спокойствия и для безопасности Рейчел. Потому что это убережете е от внимания муж ской половины школы МакКинли, а значит Квинн менше придерся изводиться от ревности. Эгоистично, но какого черта7 Можно подумать, у каждого из них все всегда бескорыстно и нет желания получить любимого человека только для себя? После долгих уговоров, Пак все же согласился. Это означало, что Квинн придется целоваться с ним в кладовке одного из уборщиков, и наблюдать за тем, как на чудесных глазах Рейчел появятся слезы. - Теперь это будет происходить каждый день, - поошептала Квинн на ухо девушке, когда та стояла в коридоре. Вся школа смеялась над девушкой, которая, казалось, остолбенела на месте. Сладкий аромат, исходящий от Берри, заставил Квинн содрогнуться внутри от неистового желания слизнуть капельку сиропа на розовых губах Рейчел, и впиться в них изо всех сил, чтобы заставить ее забыть все на свете. Руки Квинн сами собой потянулись к ее жертве, желая обвиться вокруг нее и прижать ее к себе с такой силой, чтобы буквально раствориться в ней. И только громкий смех одного из футболистов вывел ее из транса, и рука само собой легла на плечо Рейчел, оттолкнув ее с дороги. - Не стой на дороге, Берри! Противно смотреть на тебя, ты же похожа не переодетого в женскую одежду мужика, - зло проговорила Квинн, ненавидя саму себя за отблески боли и обиды в глазах Рейчел, где читался безмолвный вопрос: «Почему?»
Так продолжалось весь девятый класс. Вскоре половина парней из спортивной команды взяло за привычку обливать Рейчел слэшем (для Пака это вообще стало чем-то вроде ежедневного развлечения), и иногда даже чирлидеры присоединялись к ним. Рисуя порнографические картинки на стенах женского туалета, Квинн сходила с ума от злости, потому что все, что ей хотелось, пройтись своей рукой по нежной коже брюнетки, целовать ее губы до тех пор, пока они не распухнут от ее поцелуев, слизнуть капельку пота, которая соскользнет в ложбинку груди, прижаться так, чтобы почувствовать все изгибы аппетитной фигуры Рейчел. Тем болем что короткие юбки положення не спасали, а долали все еще более трудным, потому что Квинн было все сложнее сдержаться и не затолкнуть ее в ближайший класс, чтобы пройтись кончиками пальца по нежной коже внутренней стороны бедра, поднимая их все выше, до тех. пор, пока она не начнет задыхаться от сумасшедшего желания и сдастся на милость Квинн.
Каждый раз Рейчел пыталась сделать вид, что ни фруктовый лед, ни обидные прозвища, ни похабные картинки на нее не действуют. Она вообще как будто перестала замечать Квинн, как будто она была пустым местом. И это еще больше распаляло нового капитана чирлидеров. Она не могла позволить Рейчел вычеркнуть ее из своей жизни, и забыть о ней насовсем. Каждая встреча в коридоре этих двоих заканчивалась какой-то обидной издевкой, которую Квинн бросала в лицо Рейчел, стараясь при этом хоть на минуту прикоснуться к ней под. видом толчка, или прижать ее к шкафчику и кметь возможность хоть раз вдохнуть невероятный аромат Берри, который сводил ее с ума и мысленно просить прощения взглядом.
Летом ей стало легче. Она практически не видела Рейчел, которая на три месяца уехала с родителями путешествовать по Америке. Тогла же Квинн начала встречаться с Финном Хадсоном, квотербеком футбольной команде, милым, но по правде говоря, недалеким парнем. И это ее устраивало на все 100%. Потому что он не будет задавать лишних вопросов, почему Квинн так ненавидит Рейчел Берри и не может оставить ее в покое. Ее персональный ад начался снова с началом десятого класса. Потому что спустя всего несколько недель ее бойфренд умудрился попасться на крючок мистера Шустера и записаться в хоровой клуб. Квинн до сих пор помнит боль от впившихся ногтей в нежную кожу ладоней, когда она исподтишка смотрела на репетицию этих неудачников. Все в ней переворачивалось, когда она слышала прекрасный голос Рейчел и видела, как она смотрит на Финна. Стоящие рядом Сантана и Бриттани думали, что она ревнует свого бойфренда, но это было не так. Самая горькая правда заключалась в том, что она жутко, до скрежета в зубах, судорожно ревновала Рейчел Берри, нового капитана хорового клуба. Финн думал, что она не знает о его поцелуе в аудитори. Она помнит, как стояла, скрытая темнотой, и выкручивала руки, пытаясь не сорваться с места и не отлепить своего глупого бойфренда от своей любимой. Да, она устала бороться с самой собой и отказываться признать очевидное. Она была по уши влюблена в Рейчел, и хотя бы наедине с самой собой она могла честно сказать об этом. Обида, ревность, желание стереть этот нелепый поцелуй с губ Рейчел, желание бать самой на месте Финна привели ее на порог дома Пака вместе с двумя бутылками вина. Напиться, забыться, почувствовать, что она нужна хоть кому-то – вот все, что ей было нужно, а Пак умел доставлять женщинам приятное.
Он чувствовала себя самой последней тварью на свете. Нет, угрызений совести перед Финном она не чувствовала, потому что у него самого было рыльце в пушку. Нет, ей было стыдно перед Паком, которого она использовала, а парень принял это за что-то большее, и теперь не мог оставить ее в покое. За его маской ловеласа она видела такого же отчаянно нуждающегося в любви человека, как она сама. Только откуда ей было взять чувства к нему, если уже все без остатка она отдала ничего не подозревающей Рейчел? Квинн чувствовала себя так, как будто она изменила Берри, но разве такое может быть, если они обе никогда и не были вместе? И она все глубже погружалась в пучину отчаяния, ненависти к себе, к Паку за то, что не остановил ее от ошибки, к Финну за тот поцелуй и к Рейчел за ее слепую влюбленность в квотербека и нежелания увидеть того, что твориться в душе Квинн. Она старалась как можно больше проводить времени с Финном, чтобы бросить их чудесные отношения в лицо всем, и особенно не оставляющей ее мысли ни на минуту, брюнетке. Квинн хотелось, чтобы та тоже мучилась от боли, от обиды и ревности, как она сама. Так начинался и заканчивался каждый божий день, и казалось, что хуже уже быть просто не может. Она ошибалась. Хуже могло быть только то, что теперь ей было шестнадцать лет, она была безнадежно и безответно влюблена в Рейчел Берри, и беременна от Пака.
Часть первая - Скоро буду! - ответила Квинн на очередные нелестные высказывания Сантаны в адрес медлительных сучек-блондинок и захлопнула крышку телефона. Пальцы впились в руль машины, как будто она представляла, что это горло Финна Хадсона. Господи, если бы кто-то несколько лет назад ей сказал, что она будет желать разорвать его на мелкие клочки и развеять по ветру, она бы никогда не поверила. Ее первый парень, первая любовь. Но любовь ли? Или ее первое увлечение? Он был как бы довеском ко всему - положению в школе, популярности, чувству уверенности, и приятному чувству власти и вседозволенности. Ей до сих пор кажется, что внутри прекрасного образа блондинки, капитана чирлидеров, председателя клуба целомудренности, самой популярной девушки школы МакКинли всегда скрывалась отчаянно жаждущая настоящей любви перепуганная девчонка с розовыми волосами и обезумевшим взглядом. И никто, никто никогда не видел ее страха. Страха не быть такой, как все, страха добиваться того, чего она действительно хочет, вместо того, чтобы стараться соответствовать безупречному образу, который сложился в головах у всех остальных. Она всегда считала, что страх - это ее слабость. Если на будет слабой - ее растопчут, как будто она ничего из себя не представляет, как будто она грязное пятно на идеально белой поверхности. И все эти годы она так усердно старалась, чтобы этого не было никому видно. Ее маска так сильно приросла к ней, что с каждым днем она чувствовала, как та еще глубже проникает ей под кожу, и ее уже не сорвать, не содрать со своего лица. И все, что видят остальные - всего лишь лик прекрасного чудовища, которым она стала.
Только одному человеку удалось увидеть ее настоящую. И эта была та девчонка с безумно большим эго, огромным талантом и сияющими как звезды глазами. Та, которую она так старалась ненавидеть, чью жизнь еще недавно она старалась превратить в ад за то, что она не боялась быть не такой, как все. Еще и потому, что она не догадывалась, как отчаянно Квинн Люси Фабре хотела видеть в этих глазах не обиду за опрокинутый на нее фруктовый лед, не злость за то, что она встречается с Финном Хадсоном, а нечто совсем другое. Ей хотелось видеть в обращенном к ней взгляде столько теплоты и нежности, сколько может вместить в себя одно маленькое и храброе сердце Рейчел Берри. - Черт! - выругалась Квинн, заметив, что чуть не проехала на красный свет. Не то, чтобы она торопилась на эту чертову свадьбу. Ей совсем не хочется присутствовать при этом финальном аккорде нескончаемого Финчел-шоу. Но даже, если ей не хочется, она должна поторопиться, чтобы успеть остановить эту нелепую свадьбу. Потому что это все так ....неправильно. И она никогда не простит себе, если она не остановит Рейчел от шага, который сломает эту удивительную в своей красоте и наивности пигалицу, которая до сих пор смотрит на этот гребаный чудовищный мир, переполненный такими монстрами как она сама, и все равно верит в чудеса. Квинн не знала, что она сделает, что она скажет, чтобы этого не произошло. Если надо, она украдет неукротимую диву и увезет ее в самый дальний уголок штата. Или признается в любви Финну Хадсону и набросится на него так, чтобы он забыл об этой свадьбе. Ей все равно. Лишь бы на пальце Рейчел не начало красоваться золотое кольцо.
Вынырнув из своих мыслей, Квинн нажала на газ, как только зажегся зеленый свет. А дальше.... дальше было все, как в кино. Неумолимо приближающийся на бешеной скорости джип, визг тормозов, и еще до того, как ремень безопасности впился ей в грудь, она услышала истошный вопль отчаяния. И поняв, что этот незнакомый ей голос - ее собственный, Квинн испугалась. Ей стало страшно, что ей так и не доведется больше взглянуть в карие теплые глаза любимой девушки.
Говорят, в последние минуты перед тобой пролетает вся жизнь. Эта грань, где время не имеет своей меры, где каждая минута - это сотни часов, проведенных вместе с дорогими тебе людьми. Выкручивая до упора руль, и понимая, что она уже не в силах ничего делать, Квинн не молилась. "Какая ирония для такой порядочной христинки!",- горько усмехнулась она и нажала на быстрый набор. - Алло! Алло! Квинн, ты где? С тобой все в порядке? - взволнованный голос Рейчел взвился на целую октаву. - Прости, что не успела... - хрипло прошептала Квинн, понимая, что ей не хватает дыхания сказать самое главное. Скрежет металла, звон бьющихся стекол, впивающихся в ее кожу и собственный крик, пульсирующая в висках боль от того, что она так ничего и не успела, что она снова провалилась- не смогла- не справилась, металлический вкус крови на губах - и Квинн Фабре соскользнула в темноту, продолжая слышать в трубке телефона истошный вопль Рейчел.
Записки разбитого сердца. Запись 2. Упасть и разбиться о камни - Курт, что же мне делать? Что мне отвечать Элли, когда она спросит, почему ее папа так долго не приходит домой? Что же мне делать? - судорожно сжимая платок в руках, спросила своего друга Рейчел. В горле у нее стоял ком, не позволяя пролиться слезам, а дыхание начало перехватывать, перед глазами заплясали черные точки. Еще чуть-чуть, и она упадет в бездонную темноту обморока, и ей даже этого хочется. Ей хочется на какой-то миг просто заснуть, и очнуться через год или два, когда все уладится или ее сердце каким-то образом за это время исцелится , и она больше не будет чувствовать острых уколов выворачивающей все ее нутро боли. А еще больше ей иногда хочется перестать существовать, превратиться в наночастицу этой вселенной, у которой нет сердца и души, а значит, ничего не болит. И тут же ее взгляд падает на фотографию Элли, и она тут же начинает про себя просить прощения у Бога за такие мысли. Если ее не будет, кто позаботится о ее маленькой девочке? Если ее не будет. будет ли вообще существовать в этом мире девочка Элли, улыбка которой способна хоть на минуту облегчить твою боль? Курт пристально наблюдал за своей подругой. Видел, как она пытается всправиться с очередной панической атакой, держал ее холодные, как будто окоченевшие от внутреннего холода руки и тихо повторял: "Дыши, Рейчел, дыши!" Может быть, в другой ситуации, он бы подумал, что она снова излишне драматична, но не теперь. Глядя в темно-карие, немного осунувшиеся от бессонных ночей глаза Рейчел, Курт чувствовал, как внутри него вихрем эмоций кружат сочувствие подруге, гнев на своего брата и чувство беспомощности. Это не школа, где можно было недельку или две поубиваться по неразделенной любви к квотербеку, но при этом знать. что все рано или поздно решиться. Что ты не будешь вечно страдать по этому парню и что хорошая порция любимого мороженого, очередная мелодрама и посиделки с подругами смогут решить все проблемы и унять боль разбитого сердца Это - другое. И сейчас больше всего Курт боялся того, что Рейчел может решить, что брат Финна ей рядом не нужен. Но ведь правда в том, что еще со школьных времен, эта вредная и несносная девчонка, а теперь и ее дочь занимают в его сердце слишком большое место. Он боялся, что гнев и обида на его "родственника" заставят Рейчел забыть о стольких годах дружбы. А еще ему было страшно, что его подруга может никогда не оправиться от того, что ей подсунула эта сука-жизнь и его чертов сводный брат. - Спасибо, - рука Рейчел легла ему на плечо, и он заставил себя взглянуть снова ей в глаза. Светившаяся в них благодарность и беспомощность заставили его судорожно сглотнуть, а на глазах появились слезы. - О, Дива! - Курт с неожиданной силой прижал к себе подругу, пытаясь в своем объятии дать ей понять, что она - не одна. Что он будет рядом с ней, несмотря ни на что. И не только он. Курт даже боялся себе представить, что будет твориться в квартире Рейчел или что случится с Финном, как только обо всем узнают Сантана, Квинн и Пак. Взрывная смесь. И если дружба с Паком началась после того, как они провстречались всего каких-то пять дней в высшей школе, несмотря на все заверения местного хулигана в том, что он не дружит с девчонками в принципе, то такая себе чертова троица Лопес, Фабре и Берри начала свое существование в выпускном году. И на удивление всем, продлилась гораздо дольше. Собственно, эти трое и сейчас подруги. Курт даже на секунду представил себе их в виде иствукских ведьм, втыкающих длинные иголки в чучело Финна Хадсона. "Надо будет подать им такую идею, и даже самому поучаствовать в ней," - немного злорадно подумал Курт, надеясь, что бывшему квотербеку МакКинли где-нибудь далеко хорошо икается. - Мне страшно, Курт! - еле слышно прошептала Рейчел, обняв себя за плечи и скрутившись в позу младенца на кровати. - Мне страшно, что я навсегда останусь одна. Я так привыкла, что рядом есть Финн, к которому можно прийти и поплакать, если мои партнеры по сцене снова начнут меня принижать и сомневаться в моем таланте, или если я не получу роль, на которую я так рассчитывала. И даже когда Элли сильно болела, или когда умерла Кэт, я говорила сама себе, что я все это переживу, пока он будет рядом со мной. А сейчас ничего нет. Мне иногда кажется, что весь наш брак, все наши отношения, были одним большим нагромождением лжи, обманутых надежд и бесконечных иллюзий. А иногда мне кажется, что во всем виновата лишь я, что я так увлеклась своей работой и заботой об Элли, что перестала ему уделять внимание. И сейчас мне кажется, что я никому, кроме Элли, не нужна. Нет, я знаю, что у меня есть ты и Блейн, и Пак, и Сантана и Квинн, - быстро проговорила Рейчел,заметив, что Курт уже приготовился ей возражать. - Но это все не то, это другое. Он - моя вторая половинка, человек, с которым я собиралась прожить целую жизнь. И сейчас впервые за долгое время, несмотря на все мои премии Тони, несмотря на мою славу, я чувствую себя самой последней неудачницей, которая не смогла стать хорошей женой. Меня было недостаточно, чтобы он остался рядом, и может быть, тогда я не была бы виновата в том, что Элли повторяет каждый раз, что "Папа ее бросил!" Сердце Курта разрывалось от боли за подругу. И впервые за долго время он почувствовал себя беспомощным. Потому что ни его модные советы, ни его шутки не смогут помочь Рейчел. - Может быть, ты одна, но ты не одинока, - он крепко сжал руку подругу, и заметив на ее губах едва заметный намек на улыбку, облегченно выдохнул. - Это были мои слова, Хаммел. - И на секунду они снова как будто оказались в коридорах своей школы, где 16-летняя дива впервые сказала это своему ровеснику Курту Хаммелу, которому казалось, что он один на целом свете. - О, заткнись, дива. До сих пор не можешь смириться с тем, что иногда приходится делиться? - и усмехнувшись себе под нос, Курт прошествовал к бару. Внимательно изучив все надписи на бутылках, он наконец-то выбрал самый крепкий виски, и тут же налил. - Выпей, согреешься, а то у тебя уже губы посинели, - он сунул стакан в руку Рейчел, и она с благодарностью взглянула на него. - Элли? - вопросительно вздернула бровь женщина. - Спит в твоей кровати, обняв своего розового медведя Паки. Где ты его выкопала? - Это не я, а Пакерман. Ты знаешь, что Элли - его слабость - Так же, как и ты, - неслышно пробурчал себе под нос Курт., надеясь, что Рейчел его не услышит. Сейчас не время и не место говорить об этом. Взглянув на подругу, свернувшуюся калачиком, он отставил свой стакан с виски, и укрыл ее пледом. Положив свою голову на колени Курту, Рейчел утомленно прикрыла глаза. Рука парня начала медленно поглаживать ее локоны, и она наконец-то решила позволить себе забыться. Глядя на заснувшую подругу, Курт видел не уверенную в себе известную бродвейскую актрису, а шестнадцатилетнюю девчонку, которая была похожа на щенка, брошенного жестокими людьми на мокрой от дождя улице И хотя он до сих пор не верил в Бога, он надеялся, что этот бородатый дяденька на небесах, или как там еще можно назвать эту высшую силу, позаботится о ней. Потому что иногда, благодаря только ей одной, он верил в чудеса. И сейчас он очень надеялся, что у Рейчел Берри, несмотря ни на что, все сложится хорошо. С Финном Хадсоном или без него...